Демонтаж Бронзового солдата Алеши в конце апреля 2007 года вызвал массовые беспорядки, вандализм и кибератаки из-за рубежа, но это далеко не единственный случай, когда в Эстонии по политическим мотивам происходили нападения на монументы или попытки их защитить.

Советская власть сносит совместный памятник Ленину-Сталину в Синди

КРАСИВЫЕ ЖЕНЩИНЫ, СТРАШНЫЕ МУЖЧИНЫ: Дамы позируют у воздвигнутого в Синди совместного памятника двум советским тиранам – Ленину и Сталину. Фото: личный архив Марко Шорина

В Эстонии было два памятника, в которых объединялись оба “великих человека”: один в Тартуском уезде, другой в Синди. О последнем городская легенда рассказывает, как московский мальчик, проводивший лето у тетки в Синди, расстраивался, что статуи Иосифа Сталина, впавшего в государственную немилость, повсюду снесли, а в Синди такая все еще стояла даже спустя годы после его смерти. Однажды вечером мальчик решил: довольно. Он взял из дома топор и пошел с ним лупить статую Сталина. Во время избиения один из ударов топора перепал и Ленину. Мальчик тут же прекратил: “Извините, товарищ Владимир Ильич!”.

Марко Шорин, член Рийгикогу и один из руководителей Исторического клуба Синди, подтверждает, что памятник был одним из последних в округе изображений Сталина. Отец Шорина вспоминает время, когда экскурсии по Пярнумаа заглядывали сюда подивиться на чудо. “Лицо Сталина уже было покорежено, предположительно мальчишкой с топором, когда советские власти удалили фигуру. Это был уже вопрос чести: оставить поруганную статую или нет”, — утверждает Шорин.

Памятник Сталину-Ленину убрали в середине 1960-х годов. На недатированных фотографиях видно, как сбоку отставлена поврежденная статуя Сталина, так что по его усам рассыпался снег. Ленину (сначала) позволили остаться сидеть на постаменте. Считается, что в конечном итоге вся компания была брошена в яму Синдиской лесопилки, откуда река унесла монумент. Еще несколько лет Шорин надеялся, что с исчезновением плотины в Синди уровень реки понизится до такой степени, что части памятника могут показаться. Однако после сноса плотины так ничего и не видать.

Демонтаж Петра I был гораздо популярнее, чем установка

До бесчисленных изменений названия, в том числе с “площади Свободы” на “площадь Победы”, снова “Свободы”, а потом опять “Победы” (“Из свободы получили победу”, как говаривали в советское время), представительная площадь Таллинна называлась Сенным рынком. А до того, как на ней был воздвигнут столп победы в Освободительной войне, подсвечиваемый ночью, там стояли один за другим памятники Петру Великому и Виктору Кингиссепу.

АПОФЕОЗ РОССИЙСКОЙ ВЛАСТИ: Перед открытием памятника Петру Великому. Статуя стояла на нынешней площади Свободы в Таллинне. В отдалении церковь Каарли. Фото: архив Eesti Ekspress

Журналист Eesti Ekspress Пекка Эрельт сравнил статую Петра Великого с Бронзовым солдатом: оба были установлены в центре столицы, оба символизировали насильственное объединение Эстонии с Россией и оба сделаны из бронзы. В то время как Бронзовый солдат был памятником павшим, бронзовый Петр знаменовал великую победу. Его поставили на Сенном рынке (переименованном по этому случаю в площадь Петра) в 1910 году, через 200 лет после того, как Таллинн сдался русским войскам в Северной войне.

Статуя была величественной, около 12 метров в высоту. Отлита в Париже. Петр держал в одной руке подзорную трубу, в другой карту и торжествующе взирал в сторону Балтийского моря.

Но не всем образ царя-угнетателя пришелся по душе. Русско-эстонская коалиция в городском совете, конечно, скоренько выразила одобрение установке памятнику (менталитет депутатов-эстонцев склонял их угождать государству царя и балтийским немцам), но горожане восприняли памятник холодно. При открытии статуи, которое планировалось грандиозным празднеством, “на улицах было не намного больше людей, чем в обычное летнее воскресенье”, — писала на следующий день в редакционной статье газета Postimees, прежде чем цензор приказал убрать ее. Прохладная реакция народа отразилась и в балтийских немцах: поставленные для них трибуны на церемонии открытия остались полупустыми.

Недовольство (или даже презрение) памятником в 1910-х годах было распространено среди эстонцев с более национальной ориентацией, и уже в 1920 году впервые серьезнее обсуждалось его перемещение. В то время было решено, что не имеет смысла переносить монумент, пока не станет ясно, чем заполнить пустое место.

Под руководством Рабочей партии и ее рупора, газеты Vaba Maa эта дискуссия возобновилась более жестко в феврале 1922 года. В наступающую годовщину Республики сторонники Христианской народной партии предложили завернуть фигуру в сине-черно-белую ткань. Коммунисты, однако, считали, что лучше в красную. Идея о переносе памятника поддержки большинства не нашла. Петр I остался стоять, как и символизирующий русификацию Невский собор на Тоомпеа, судьба которого также обсуждалась.

В ту же ночь группа из нескольких десятков человек, — среди них офицеры, солдаты, простые граждане, — пыталась свалить статую своими силами. У них были все необходимые для этого инструменты, даже сварочный аппарат. Но самодеятельность пресекли быстро прибывшие конные полицейские.

Прорыв произошел в конце апреля того же года, когда в деятельность городского совета вмешалось правительство. По приказу министра внутренних дел был подготовлен снос через несколько дней. Но внезапно у горожан возник интерес к статуе: с утра до ночи в округе площади Свободы и на бульваре перед церковью святого Иоанна собирались тысячи людей. Некоторые одобряли снос Петра, но были и те, кто оскорблял демонтажников. Даму, которая пыталась возложить к монументу венок, быстро спровадили.

На окраине парка Кадриорг расположен т. н. домик Петра — бывшая летняя усадьба, где Петр I неоднократно останавливался и которую позднее царь Александр I превратил в его дом-музей. Статуя Петра была установлена перед баней этого дома. Через несколько лет у памятника сначала отрезали ноги, затем половину туловища, так что в Кадриорге оставалась только часть фигуры по грудь. Отрезанные части были расплавлены, из левой ноги в 1928 году были отчеканены монеты в один цент. Бюст бронзового Петра исчез во время Второй мировой войны, по слухам, он также был переплавлен.

Падение Лихулаского обелиска увлекло за собой премьер-министра

ПЕРЕСТАВЛЕН: Памятник борцам за свободу, прославившийся в мире как монумент SS, в настоящее время стоит в Лагеди под Таллинном в музее, посвященном борьбе за свободу. Фото: Тийт Блаат

Так называемый Лихулаский обелиск на самом деле вовсе не является лихуласким — он был установлен в Пярну, а сейчас находится в Харьюмаа и напоминает в основном о том, что произошло в Ида-Вирумаа. Однако его скандальная история действительно достигла кульминации в Лихула.

Плита, призванная чтить память мужчин Эстонии, павших во Второй мировой войне, несет на себе барельеф с немецким военным мундиром. Солдат не представлял интересы свободной Эстонии, это был знак чужого правления, оккупантов. Даже если у завербованных эстонцев не было другого выбора.

Визуальный язык памятника был точно описан режиссером Ильмаром Раагом: “Мой польский друг смотрит на фото обелиска в Лихула и не может поверить своим глазам: “Вы чтите тот факт, что сражаетесь в немецкой форме?” [---] Я могу объяснить ему, что большинству воевавших в Синимяэ не было дела до нацистских идей, они просто сражались за свою родину, но визуальный язык памятника не подтверждает мои слова”.

Надпись на монументе, что он установлен в честь тех, кто стоял “за родину и свободную Европу”, также не соответствует действительности: было преувеличением сказать, что эстонцы как бы боролись за свободу всей Европы, и ясно, что еще меньше интересовались свободной Европой нацисты.

Совет по национальному наследию не позволил поставить обелиск на кладбище Алеви в Пярну, поэтому изначально он был установлен в пярнуском Старом парке. По словам Лео Таммиксаара, инициатора создания монумента, винтовка солдата нацелена на восток чисто случайно.

Скромный, но значительный бронзовый барельеф сразу же привлек внимание прессы, в том числе BBC и российских СМИ. Горуправа Пярну удалила памятник всего через девять дней, якобы по указу премьер-министра Сийма Калласа.

Подлинное внимание монумент привлек только через два года, когда ему выпал второй шанс в Лихула. На этот раз без спорной надписи и символики СС. В Пярну обелиск оскандалился, но теперь взорвалась медиа-бомба. Остроты ситуации добавил тот факт, что Эстония недавно стала членом Европейского союза и НАТО. Общественность почти единогласно осудила comeback немецкого солдата, премьер-министр Юхан Партс посчитал установку плиты провокационной выходкой, каковую Эстония, идущая европейским курсом, не может себе позволить. Единственным выходом виделся снос монумента.

2 сентября 2004 года. Когда закончилась вторая неделя пребывания гранитного обелиска в Ляэнемаа, Партс в вечерних сумерках направляет на место Спасательный департамент. И десяток полицейских машин с розыскными собаками. И кран. Приказание: “Убрать с Лихулаского кладбища незаконное сооружение, возведенное на государственной земле без разрешения владельца”.

НЕ ТОЛЬКО НА ЗАПАДЕ: до того, как Бронзовый солдат, или для русских Алеша, был перенесен с Тынисмяги на кладбище, его время от времени заливали краской. На фото – очередное очищение памятника. Фото: Рауно Вольмар

Местные жители, раздраженные и обескураженные событием, начали бросать камни в демонтажников и резать шины их автомобилей. По словам Тийта Мадиссона, волостного старейшины Лихула, они скандировали: “Партс, позор! Партс, позор!”.

Ситуация перевернулась с ног на голову. Люди ожидали от премьер-министра решительных действий и смелости, а увидели попытку улизнуть с монументом под мышкой. Провокатор Мадиссон, который позволил установить памятник в Лихула, и народ Лихула, который его защищал, стали своего рода страдальцами. А Партс — трусом, который попытался тайно замести под коврик запретную тему.

Его рейтинг с грохотом рухнул, правительство пало год спустя, и этот скандал подготовил почву для дискуссии вокруг Бронзового солдата как подобного памятника оккупации, которая закончилась несколькими ночами беспорядков.

Обелиск, названный Лихуласким монументом, был перенесен в Музей борьбы за свободу Лагеди, где он хранится и по сей день.

Что возьмешь с этих памятников?

По словам Марека Тамме, профессора истории культуры Таллиннского университета и автора книги “Памятники и власть”, борьба с памятниками — отнюдь не новое явление, подобные примеры известны, по крайней мере, со времен Древнего Египта. Тамм подчеркивает, что перетаскивание памятников направлено против не самих скульптур, а против ценностей, которые они представляют.

ЭСТОНСКАЯ ВЛАСТЬ 1 : 0: Статуя Владимира Ульянова с псевдонимом Ленин стояла перед нынешним зданием МИДа на бульваре Рявала в центре Таллинна. Фото: архив Мааleht

“Снос памятников обычно является признаком социальной, политической или культурной напряженности. Так что, на самом деле воюют не с монументами, а с ценностями, которые они воплощают в глазах критиков. Памятники, как правило, отражают свойственное конкретному моменту понимание того, что из прошлого стоит выделить или почтить. Поскольку наше восприятие и ценности со временем меняются, особенно в ходе смены режимов, в том числе естественным образом, то неудивительно, что некоторые памятники теряют свое первоначальное значение и вступают в противоречия с новыми взглядами и ценностями”.

***

"Эстонский экспресс" — ежемесячная русскоязычная газета, которая знакомит читателей с самыми важными публикациями Eesti Päevaleht, Maaleht и других изданий холдинга Ekspress Meedia. Цена одного экземпляра — 1,49 евро.