Правительство Нидерландов разработает регламент, по которому все объекты, вывезенные из бывших колоний в метрополию и помещенные в музеи, будут возвращены на место, сообщает The Art Newspaper. К такому решению правительство пришло под влиянием рекомендаций, разработанных комиссией из экспертов ведущих музеев страны в октябре.

В этом документе музейные работники призвали к “признанию несправедливости по отношению к местному населению бывших колониальных территорий, когда культурные объекты были изъяты против их воли”, и рекомендовали вернуть эти артефакты бывшим колониям.

“Это революция, это прогресс, это радикальный разрыв с прошлым, — заявила Джос ван Берден, эксперт по колониальной реституции, в интервью The Art Newspaper. — Очень важно, чтобы дискуссия больше не ограничивалась военными трофеями”. Теперь независимый комитет, который создаст правительство, будет разбираться с каждым отдельным запросом и консультировать музеи относительно провенанса объекта: был ли он приобретен за деньги, либо вывезен силой.

“Из-за дисбаланса власти в колониальную эпоху культурные ценности фактически похищались, — признало правительство Нидерландов в недавнем заявлении. — Если удастся установить, что предмет действительно был похищен из бывшей голландской колонии, он будет возвращен без всяких условий. Объекты культурного наследия, похищенные из бывшей колонии другой страны или имеющие особое культурное, историческое или религиозное значение для страны, также могут быть возвращены”.

Речь идет о голландских миссиях в Азии, Африке, Северной и Южной Америке, откуда привозили экспонаты для будущих музеев. Изменения затронут Голландский национальный музей мировых культур, который курирует музей в Лейдене, Тропический музей в Амстердаме и Африканский музей в Берг-ан-Дале. Более 40% из 450 тыс. экспонатов коллекции происходят из голландских колоний, которые потенциально могут затребовать эти страны. В декабре 2019 года музей объявил о начале четырехлетнего исследовательского проекта, на который потратят 4,5 млн евро, чтобы установить, какие объекты были похищены в колониальную эпоху.

“В голландской государственной коллекции нет места объектам культурного наследия, которые были украдены. Если страна захочет принять их назад — мы вернем”. Министерство предполагает работать в этом направлении с чиновниками из Индонезии, Суринама и голландских территорий в Карибском море.

В 2017 году президент Франции Эммануэль Макрон, выступая в университете Уагадугу в Буркина-Фасо, также объявил, что африканским странам вернут, по крайней мере, часть артефактов, находящихся во Франции. Однако массового возврата не последовало: в 2019 году премьер-министр Эдуар Филипп на 5 лет передал президенту Сенегала Маки Саллу саблю XIX века, принадлежавшую исламскому ученому Омару Талю, при условии, что эта реликвия остается собственностью Франции и через пять лет парламент Франции решит, оставить или вернуть саблю.

В 2018 году французский искусствовед Бенедикт Савой и сенегальский писатель Фелвин Сарр опубликовали доклад, показывающий масштабы вывоза ценностей из африканских колоний. Оказалось, что в одном лишь Музее на набережной Бранли в Париже хранится около 70 тыс. таких предметов. Однако это “воровство” имело решающее значение для развития европейской культуры: африканскими масками вдохновлялись многие художники-модернисты, в том числе Амедео Модильяни, Пабло Пикассо и Андре Дерен. Вывоз сокровищ из колоний способствовал культурному обмену между странами и влиянию культуры этих стран на метрополию.

“Каждый случай должен рассматриваться и обсуждаться отдельно, — уверена Лия Чечик, куратор, руководитель отдела образовательных программ и спецпроектов Еврейского музея и центра толерантности. — И если артефакт был украден, то он должен быть возвращен, но то, как артефакт был получен, должно быть точно установлено”.

При этом в музейной практике нередки случаи, когда государства обмениваются объектами или возвращают трофеи поверженным странам. Так, в 1955 году в Пушкинском музее прошла выставка сокровищ Дрезденской галереи, вывезенных после войны из Германии и отреставрированных в музее. “Сикстинская мадонна” Рафаэля, “Спящая Венера” Джорджоне, Рубенс, Вермеер, Тициан, ван Эйк, Дюрер, Рембрандт, — всего 350 картин. С мая до августа выставку посмотрели больше миллиона зрителей, Пушкинский работал с 7.30 утра до 11 вечера без выходных.

“Мы стали срочно готовить выставку, когда стало известно, что работы возвращаются в Дрезден. Конечно, все были возмущены. И я была против, — вспоминала в 2020 году Ирина Александровна Антонова, тогдашний президент ГМИИ им. Пушкина, в интервью Forbes. — Но, оказавшись спустя несколько лет в Дрездене, я смогла посмотреть на эту ситуацию по-другому. Я поняла, что Дрезденская галерея — это и есть Дрезден. Дрезден без галереи все равно что Париж без Лувра. Так что решение вернуть коллекцию — удивительный по смелости, по широте мышления, великодушию поступок.

“Хотя люди, принимавшие это решение, не были ни великодушными, ни широкомыслящими, они руководствовались своими прагматичными соображениями. Но меня неприятно удивило, как плохо, примитивно повели себя коллеги из Дрезденской галереи. В 1956 году, когда музей открылся для публики, при входе разместили маленькую, сантиметров 30, металлическую табличку с упоминанием, что коллекцию вернул СССР. А через несколько лет табличку сняли. Я считаю, это подлый, недостойный поступок”, — рассказывала Ирина Александровна Антонова.

Но далеко не все страны возвращают похищенные объекты. Так, в Греции до сих пор обижены на Британский музей, в котором хранятся фризы Парфенона, вывезенные лордом Элгином, английским посланником в Константинополе, в начале XIX века. Подкупив турок, которые занимали город в то время, британцы последовательно собирали и вывозили в Великобританию произведения древнегреческого искусства. При этом выданное Элгину разрешение позволяло лорду лишь делать рисунки и слепки со скульптур, но не снимать их с Парфенона.

Теперь греки периодически вспоминают об этих обстоятельствах и требуют вернуть мраморные скульптуры и барельефы назад, сообщало РИА “Новости”. “Я обозначил перед британским премьером важную для Греции и греческого народа проблему — возвращение мрамора Парфенона, — пояснял премьер-министр Греции Алексис Ципрас журналистам во время встречи с Терезой Мэй в 2018 году. — Для нас это критически важная проблема, которая имеет и особое моральное значение для нас. Мрамор относится к мировому культурному наследию, но их естественное место в Парфеноне. Естественное их место там, где они были созданы”. К слову, мрамор так и не был возвращен грекам.

В Великобритании утверждают, что часть артефактов из Азии и Африки нашли и отреставрировали европейские археологи. Из одного только Британского музея придется возвращать около 90 тыс. экспонатов, и его залы наполовину опустеют. Еще один артефакт, вернуть который будет непросто, — вывезенный из Индии и подаренный в 1850 году британской королеве Виктории легендарный бриллиант “Кохинур” в 105 карат, который с 1937 года украшает корону Елизаветы II. Индийские организации неоднократно пытались вернуть камень и обращались в суд, но успеха не добились.