Мы — часть леса


“Да что же вы так безжалостно лес-то вырубаете? — спрашивает меня собеседник, когда узнает, что я лесной работник. — Лес же беречь надо и защищать!”.

И тут я чувствую себя как дьявол перед святым духом. Ну вот как растолковать человеку, что нет у простого лесного труженика ни хвоста, ни рогов?

Что ж, у страха глаза велики, надо, думаю, уточнить его размер: “И где тут лес безжалостно вырубили?”.

“А вот там, у шоссе, считай сотню метров оголили, оставили какой-то десяточек деревьев, наверно пила на них сломалась… да какие-то ошметки сухие оставили, их ведь не продашь”.

Думаю, начни я рассказывать про семенные деревья, сразу получил бы в табло.

У нас же в современном обществе полная демократия: кто угодно может высказываться, о чем угодно. И каналов информации, куда можно сливать свои измышлизмы, полным-полно.

Лесов в Эстонии много, дерево намного выше человека, люди много путешествуют по Эстонии и много, как им кажется, видят. Вырубки не остаются незамеченными, но о существовании многих других работ, проводимых в лесу, в том числе о лесопосадках, мало кто задумывается.

Лес — это жилище, среда и… источник сырья. Э-э, стоп — нельзя ли без последнего? Ладно там черничку собрать, грибочки замариновать или березовую веточку в вазу, но валить деревья-то зачем?

И вот на каждое рождество в СМИ повсеместно звучит давно знакомое причитание: за праздники погибают тысячи и тысячи молодых елочек! Атмосферу праздника люди пытаются вдохнуть и в деревья, и в итоге расстраиваются не по-детски. Зато летом спокойненько изувечивают наступающую с края двора ольху, и никому не приходит в голову наделить ее страдающей душой.

В природе нет ценностей, они — в головах людей


Так что давайте разберёмся с двумя первыми: местом проживания и средой, которые обеспечивают нас ценностями в деньгах не измеряемых. В принципе, в природе нет ничего ценного или лишенного ценности. Ценности образуются у нас в головах, и мы превращаем их в мерило собственного довольства. Этот подход человек распространяет и на другие виды. Так, например, в трещине коры примостилась козявка, о существовании которой большая часть человечества даже не подозревает. Козявка же понятия не имеет, что в соответствии с евродирективой для ее ничем не омрачаемого существования создано местообитание ее имени. И человек-чиновник, сидящий в офисе из стекла и бетона, с неподдельным умилением перемещает мышку и передвигает географические границы обитания этой козявки в высокотехнологичной виртуальной среде. А козявка неблагодарная берет и топает себе в другое место, если ей больше не нравится в этой географической резервации, и плевать ей на постоянное место обитания. Но человек доволен.

Откуда берутся изделия из дерева? Разумеется, из магазина. (Кто сказал, что из леса?!). Давайте оглядим свое жильё. Пол несомненно из дерева. Вы думаете, что он из пластика, но у него внутри древесно-волокнистая плита. Бетон, конечно, не дерево, но опалубка-то была деревянная, когда его заливали?

Бумага в доме — само собой, начиная с прекрасных книг и заканчивая туалетной. Человек, довольный своей праздничной елкой из пластика, листает толстый новогодний каталог и ни секунды не задумывается о том, сколько деревьев пожертвовали своей жизнью, чтобы появился на свет тираж этого мелованного изделия. И сами понимаете, насколько неприлично расчленять живой организм, называть результаты этого расчленения дровами, совать их в печь и поджигать. И все это лишь для того, чтобы другой живой организм лучше себя чувствовал в пору зимних холодов.

Чем больше человек закрывается в городских стенах, тем быстрее он забывает о своем происхождении. В нашем географическом регионе не выжить, если не использовать лес. Леса для нас — это и среда, и сырьё.

Думать, что не надо рубить лес, я проживу и без него, мягко говоря, опрометчиво. Никто из нас не обойдется без потребления леса, но это не значит, что надо стыдливо прятать голову под подушку, ведь рядом со снятым лесом всегда стоит лес не срубленный, посаженный новый лес, строго охраняемый лес или же лес, который поддерживается для того, чтобы прогуливаясь, мы могли им любоваться, слушать его и дышать в нем.

Ну так что, дорогой собеседник, как там насчет хвоста и рогов у лесного труженика? Не торопитесь отвечать “да”, лучше остановитесь в следующий раз у этой лесосеки, и вы увидите, что здесь уже растут полуметровые сосенки. Наденьте сапоги и протопайте на другой конец поляны. Не пройдет и получаса, как вы окажетесь в такой ситуации, когда будете единственным видом, который чувствует себя здесь неудобно (почему нет дощатых настилов?!), а все остальные виды здесь вполне довольны своим домом.

Ну, а если проделать все это нет никакого желания, тогда поверьте тем людям, которые на участке сто на сто метров снимают лес, ему на смену высаживают поросль, а рядом стоящий лес оставляют расти. Мы — часть леса.